ananda: (ррррр)
vero4ka.livejournal.com :

"Нет, не увидимся.

Нечем будет увидеться.

Только здесь, понимаешь, существуют эти пленительные частности: у книг разные обложки, у людей бесконечно несхожие разрезы глаз, снег - не то, что дождь, в Дели и в Москве одеваются неодинаково, крыса меньше собаки, шумеры вымерли раньше инков - только тут все это имеет значение, и кажется, будто - огромное; а там все равны, и всё одно, и всё - одно целое. Вечность - это не "так долго, что нельзя представить", это всегда одно и то же сейчас, не имеющее протяженности, привязки к точке пространства, невысчитываемое, невербализуемое; вы не найдете там друг друга специально для того, чтобы закончить разговор, начатый при жизни; потому что жизнь будет вся - как дневник за девятый класс: предметы, родительские подписи, домашние задания, рисуночки на полях, четвертные оценки - довольно мило, но вовсе не так смертельно важно, как казалось в девятом классе. Тебе в голову не придет пересдавать ту одну двойку по литературе в конце третьей четверти - нахамил учительнице, словил пару, вышел из класса посреди урока, хлопнув дверью. Забавно, что дневник сохранился, но если бы и нет, ты бы мало что потерял - во-первых, у тебя десять таких дневников, во-вторых, этот далеко не самый интересный, вот в дневнике за второй были куда смешнее замечания; может статься, ты из всей жизни, как из одной недельной командировки куда-нибудь в Петрозаводск в восемьдесят девятом, будешь вспоминать только вид на заснеженную Онегу, где сверху сливочно-белое, снизу - сахарно-белое, а между белым и белым - горизонт, и как девушка смеется в кафе за соседним столиком, красавица, волосы падают на плечи и спину, как слои тяжелой воды в грозу - на лобовое стекло; может, ты из всех земных языков запомнишь только две фразы из скайп-переговора, из всех звуков - чиханье маленького сына; и всё. Остальное действительно было низачем. Славно скатался, но рад, что вернулся и обратно еще долго не захочется - в скафандре тесно, он сильно ограничивает возможности перемещения, приходит с годами в негодность, доставляет массу хлопот - совершенно неясно, что они все так рыдали над твоим скафандром и целовали в шлем; как будто он когда-то что-то действительно определял в том, кем ты являешься и для чего пришёл; по нему ничего непонятно, кроме, может быть, твоей причастности к какому-нибудь тамошнему клану и, может быть, рода деятельности - воин там, земледелец, философ; тело - это просто упаковка из-под тебя, так ли важно, стекло, картон или пластик; можно ли по нику и внешнему виду какого-нибудь андеда в Варкрафте догадаться, что из себя представляет полноватая домохозяйка из Брюсселя, которая рубится за него? Да чёрта с два.

Мы нет, не увидимся; не потому, что не захотим или не сможем, а потому же, почему мы не купили себе грузовик киндер-сюрпризов, когда выросли, хотя в детстве себе клятвенно обещали: это глупо, этого не нужно больше, другой уровень воприятия, сознания, понимания целесообразности. Прошлого не будет больше, и будущего не будет, они устареют, выйдут из обращения, как ветхие купюры, на которые давно ничего не купишь; потому что измерений станет больше, и оптика понадобится другая, и весь аппарат восприятия человека покажется старыми "Жигулями" по сравнению с суперсовременным аэробусом. И все вот эти любови и смерти, разлуки и прощания, стихи и фильмы, обиды и измены - это все будет большой железной коробкой из-под печенья, в которой лежит стопка вкладышей из жевательной резинки Love Is, которые ты в детстве собирал с таким фанатическим упорством, так страшно рыдал, когда какой-нибудь рвался или выкрадывался подлым ребенком маминых друзей; и ты после смерти не испытаешь ничего по отношению к этому, кроме умиления и печали: знать бы тебе тогда, какие это мелочи все, не было бы ни единого повода так переживать. Там все будет едино, и не будет никакой разницы, кто мама, кто я, кто мёртвый Котя, кто однокурсница, разбившаяся на машине восемь лет назад; личности не будет, и личной памяти не станет, и ее совсем не будет жаль: все повторяется, все похоже, нет ничего такого уж сверхуникального в твоём опыте, за что можно было бы так трястись: эй, все любили, все страдали, все хоронили, все корчились от отчаяния; просто тебе повезло, и ты мог передать это так, что многие себя узнавали; ты крошечное прозрачное стрекозье крылышко, обрезок Божьего ногтя, пылинка в луче, волосок поверх кадра, таких тебя триллионы, и все это - Бог; поэтому мы не увидимся, нет. Мы - как бы это? - срастёмся. Мы станем большим поездом света, который соберёт всех и поедет на сумасшедшей скорости, прокладывая себе путь сквозь тьму и отчаяние; почему ты бываешь так упоительно счастлив, когда кругом друзья, и музыка, и все рядом, и все такие красивые, и все смеются? Почему это будто Кто-то вас в этот момент фотографирует, снимает кадр, совершенно отдельный от течения жизни, восхитительный, пиковый, вневременной? Вот такое примерно чувство, только ты не можешь сказать, кто ты точно на этой фотографии. Это не очень важно, на самом деле. Просто - кто-то из них. Кто-то из нас. Кто-то."


--------------------------------------

мы, конечно, правы были,
в кафе у челюскинцев,
о прошлых жизнях,
и огоньки зажигали на разных горных хребтах.
есть единственное знание - делать.
наблюдать.
быть.

сейчас.

Satori

Apr. 14th, 2010 10:57 am
ananda: (Satori)
Когда ж я заведу разговор О...

Наверное, ко времени Звёзд и к Душе близкой рядом...

а пока...

Turn around and smell what you don't see
Close your eyes ... it's so clear
Here's the mirror, behind there is a screen
On both ways you can get in

Don't think twice before you listen to your heart
Follow the trace for a new start

What you need and everything you'll feel
Is just a question of the deal
In the eye of storm you'll see a lonely dove
The experience of survival is the key
To the gravity of love

The path of excess leads to
The tower of Wisdom
The path of excess leads to
The tower of Wisdom

Try to think about it ...
That's the chance to live your life and discover
What it is, what's the gravity of love

Look around just people, can you hear their voice
Find the one who'll guide you to the limits of your choice

But if you're in the eye of storm
Just think of the lonely dove
The experience of survival is the key
To the gravity of love
ananda: (Default)
...знаешь, я недавно вспомнил одно простое и сильное заклинание. Три слова для всего. Для близкой далёкой души, для любого незнакомого человека, для любой [ве][сч]и, для любого дерева, говорящего жука, любого мира...
- я с Тобой.



Дать тебе точку опоры?
ananda: (Default)
И те, кто стремятся к озерам в лесном подлунье - мне дороги особенно, даже без взгляда в глаза, ещё до касания руки.

...
Вернувшись, вхожу туда, где дом ищет меня в себе. Жаль, я в нём ищу себя лишь понарошку. Мне затоку-излучину подавай, да лук тугой натянутых на ветру сосен. Друга верного, да мысль чистую... На несколько ночей её - ширь стенную свою - оставил, исстудил, не давая тепла белой коже жаркой страсти печи. Но верно говорили мои последние гости о здешнем уюте, и купол шатра и свет тёплый и тени мягкие уже кутают. Шерсть зверей ушедшими их телами теплится, спальник, знавший со мной столько высот, столько ночей и столько снов - плащом согреет. А на краю - желание души близкой, ищущей те же леса... Но уже вижу перепутье. Раньше уйти в одиночье было сложнее, сейчас старый внутри появляется выбор дорог. Не скажу ещё себе, куда готовы смотреть глаза соколов, как пробуют они крыло - посолонь ли? - но те, кто стремятся к озёрам в лесном подлунье - мне дороги...


Вдоль путей-дорог на деревах спящих - тела плотные
сжатокарие.
в плащи крыльев кутаются ястребы
ранние.
знать нелегко всех сов знать знать,
скоро им кричать -
как просядет лёд,
и чибиса
слог:
звучное,
неземное,
вырвется в исток
синих туманов
над вздохом холматой груди...



Спасибо Насте и Саше за травы, что дарят тепло сейчас. За повёрнутость к тем, кто.
ananda: (Default)
похоже, зима будет совсем настоящей до конца.
И когда отчего-то не можешь просто пригласить кого-нибудь и кого-то в гости (...), ищешь друзей в иной стороне.

иногда это музыка, иногда краски и кисти, иногда тростник, иногда дерево немного.

иногда это музыка...
Есть три названия, очерчивающие те звуки, которые входят со мной в унисон практически всегда. Наверняка это любовь. Единение, пережившее влюблённость заслушивания сутками, растворение, пульсирующее слиянием и расставаниями на месяцы, забытьем, уходом той стороны из памяти... но -- мы в созвучии. Ведь о том же течёт река внутри.


одно из этих имён - это Amethystium.
с той далёкой встречи на просторах локалки одного пригорода одной столицы прошло уже долгое время, но как много тепла и покоя даёт тот консонанс, что существует между нами. "Если они не пережили взаимной любви, у них не будет мужества нагонять волну своей жизни,"- говорил один Шаман. Слова западающие-в, в отношении музыки не полностью оправданы. Но если я - это тоже какого-то рода музыка, тоже волнение, дрожь вселенной здесь, сейчас, в конце и в начале - то и звуки эти, и моя жизнь утверждают в мире что-то одно и усиливают это.

наверное переборщил в общении с Аметистиумами, и отвык говорить с людьми.

А в людях найти можно больше, верю

Profile

ananda: (Default)
ananda

April 2011

S M T W T F S
     1 2
3456789
101112 13141516
17181920212223
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 22nd, 2017 10:43 pm
Powered by Dreamwidth Studios